Недавняя эскалация дипломатической напряженности между США, ЕС, Китаем и Россией является нежелательным явлением для Центральной Азии. В связи с недавним сложным визитом в Москву Верховного представителя Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности Жозепа Боррелла, омраченного агрессивной двусторонней риторикой, Белым Домом, который называет Китай своим главным конкурентом, и недавней словесной схваткой между президентом Байденом и президентом Путиным, кажется, что между Западом, с одной стороны, и Россией и Китаем, с другой, быстро опускается новый «железный занавес». Эти государства сигнализируют о готовности участвовать в стратегическом соревновании, которое, возможно, распространится на различные регионы мира, включая Центральную Азию.

Внешние региональные партнеры могут начать настаивать на том, чтобы они выбрали одного из них в качестве главного политического и экономического союзника, подавляя текущие попытки многовекторности. Такая политика приведет к усилению давления на лидеров Центральной Азии, для того, чтобы они ясно демонстрировали свою приверженность к политическим союзам и установленным в них нормам.

Это уже начинает происходить. Во время своего выступления на стадионе «Лужники» в Москве президент Путин недвусмысленно заявил: “Мы никогда не согласимся только с одним: чтобы кто-то позволил себе использовать щедрые подарки России для нанесения ущерба самой Российской Федерации”. Хотя он не назвал в своей речи какую-либо конкретную страну, похоже, что заявление было направлено бывшим советским республикам, предупреждая их воздерживаться от поддержания тесных партнерских отношений с противниками России. Поскольку несколько постсоветских стран, таких как Украина, Грузия и Молдова, вступили в длительную конфронтацию с Россией и стремятся к союзу с США и Европейскими странами, Москва активизирует свои усилия по сохранению своей сферы влияния, особенно путем их интеграции, в Евразийский Экономический Союз (ЕАЭС) и Организацию Договора о Коллективной Безопасности (ОДКБ).

В то же время бывший госсекретарь США Майк Помпео попытался сплотить жителей Центральной Азии против Пекина во время своего визита в регион в феврале 2020 года, особенно в отношении ситуации с правами человека в Синьцзяне. Он призвал государства региона «присоединиться к нам в стремлении немедленно положить конец этим репрессиям». Ранее, в октябре 2019 года, министр торговли США Уилбур Росс предупредил, что желание Узбекистана присоединиться к ЕАЭС может осложнить и продлить процесс вступления страны во Всемирную Торговую Организацию. Несмотря на то, что новая администрация США во главе с президентом Байденом еще не прояснила свою политику в отношении Центральной Азии, похоже, что его подход существенно не изменится по сравнению с подходом предыдущей администрации, и Вашингтон будет стремиться к сокращению влияния России и Китая в этом регионе.

Китай обычно старается избегать открытой критики деятельности держав в регионе, предпочитая обсуждать острые вопросы за закрытыми дверями во время двусторонних встреч. Однако совместные официальные заявления Китая и Центральной Азии, демонстрирующие готовность «противодействовать вмешательству во внутренние дела других стран и отстаивать справедливость в мире», по всей видимости, направлены против Соединенных Штатов и Европейского Союза. Кроме того, китайские официальные лица часто выражают озабоченность растущим военным присутствием США в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Одним из способов сокращения западных сил было бы расширение мер безопасности в Центральной Азии.

Регионализм также усиливается в Центральной Азии с тех пор, как Шавкат Мирзиёев пришел к власти в Узбекистане в 2016 году. Оставив позади изоляцию и конфронтацию с регионом, Узбекистан стремится выработать новый подход к сотрудничеству со своими соседями. Пять центральноазиатских республик запустили платформу для ежегодных консультативных встреч глав государств в 2018 году, что стало первой такой инициативой без поддержки со стороны внешних сил. До этого преобладающей тенденцией в регионе была двусторонняя дипломатия и переговоры для решения насущных вопросов. Это вселяет новую надежду на то, что государства Центральной Азии смогут коллективно решать общие проблемы, такие как распределение воды, делимитацию границ, слабую связь, изменение климата и плохую инфраструктуру.

Активизация регионального сотрудничества в политической, социально-экономической и культурной сферах может существенно укрепить Центральную Азию и сохранить ее устойчивость перед лицом современных вызовов и угроз, включая конкуренцию мировых держав. Многосторонность позволит региону проявить сильный, единый голос в продвижении своих интересов, избегая при этом вовлечения держав в антагонистические игры.

Однако Россия и Китай в основном уделяют приоритетное внимание двусторонним отношениям с регионом наряду с их собственными многосторонними структурами, такими как Содружество Независимых Государств (СНГ), Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) и вышеупомянутая ОДКБ. Создание эффективных механизмов внутрирегионального сотрудничества потенциально противодействует усилиям сверхдержав по закреплению региональных государств в отношениях зависимости. Тот факт, что США и ЕС продвигают дальнейшее углубление регионального сотрудничества, может заставить Россию и Китай рассматривать их как угрозу. Этим можно объяснить новую платформу Россия – Центральная Азия 2018 года и аналог Китай-Центральная Азия 2020 года.

Наконец, эскалация конфронтации между внешними державами может поставить под угрозу внутриполитическую стабильность региональных игроков. Крупные державы могут активно поддерживать и покровительствовать внутриполитическим группам, которые будут поддерживать их интересы. Это уже происходит в Кыргызстане. Например, вопрос о военном присутствии США и России был важным фактором дестабилизации страны. За последние 15 лет Кыргызстан пережил три революционных смены режима. Более того, для всех ведущих кандидатов в президенты Кыргызстана стало традицией посещать Москву и другие важные зарубежные столицы накануне решающих выборов или важных политических событий. По некоторым данным, бывший президент Кыргызстана Жээнбеков отменил запланированный визит в США после переговоров в сентябре 2019 года с руководством России. Эксперты также отмечают, что Садыр Жапаров лично работал с гражданами Китая: около 1 миллиона киргизских сомов (11 794 доллара США), собранных в ходе его президентской кампании 2020 года, пожертвовал китайский инвестор, имеющий кыргызское гражданство.

В целом Центральная Азия вступает в период растущего геополитического соперничества между своими основными внешними партнерами. Это, возможно, распространит конфронтацию между США, Россией и Китаем на Центральную Азию, создавая союзы и вынуждая региональных игроков выбирать чью-либо сторону, что увеличивает риск дестабилизации. Но есть еще альтернативные варианты для региона. Дальнейшее углубление сотрудничества в Центральной Азии, координация внешней политики и меры по укреплению доверия могут стать оплотом против дестабилизации великих держав.

Доктор Акрам Умаров – научный сотрудник Ташкентского Центра Передового Опыта Европейских Исследований имени Жана Моне. Он является автором книги «Афганистан и Региональная Безопасность Центральной Азии: Начало XXI Века» (На Русском) (2017). Следите за ним в Twitter @umarov_akram.

Источник: https://oxussociety.org/%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%82-%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D1%80%D1%8F%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8-%D0%BC%D0%B5%D0%B6%D0%B4%D1%83-%D1%81%D0%B2%D0%B5%D1%80%D1%85%D0%B4%D0%B5